Беседы о механике, происходившие меж трех достойных мужей (Продолжение)

Беседа третья. Самый ценный механизм.

Часть I. Метод.

Трус – Запало мне в память хвастовство Балбеса, что может он любой природной сущности в соответствие поставить некий механизм свой. Охотники к таким забавам и прежде были. Они везде свои механистические взгляды декларировали, но не более того. Результата то - нет никакого. Вспомним, хотя бы, историю эфира или теплорода. Встретиться и поговорить ни с кем из механиков мне не доводилось. А вот ты – здесь. Так что ответишь за всех. И задачку я тебе задам самую что ни на есть животрепещущую. Яви нам друг велеречивый механизм твоего разума. Очень у меня руки чешутся подкрутить там пару-другую винтиков, сам знаешь каких.

Бывалый – Вопрос, конечно интересный. Но спроси меня: хотел бы я знать механизмы моего самосознания – однозначного ответа не дал бы. Не то, чтобы я находил это не интересным или не полезным для себя. Более меня заботит то, что могут извлечь из этого знания другие, чуждые мне люди. Во всех случаях я далек от мысли о том, что можно взять металл, пластик особый, жидкие кристаллы, и что-то еще в таком роде, скрепить это винтами-шурупами – и, вот вам, нате: мыслительная машина. Возможностью создать подобный агрегат давно пугают и манят нас авторы фантастических произведений. Но он им, то есть агрегат такой, сам по себе, не нужен. Это просто антитеза человеку, или призыв к тому, чтобы взглянуть на действия человека со стороны, и ужаснуться. Я уповаю на справедливость теорем Дюринга. В той части, что создай мы даже среду, способную хранить информацию и манипулировать ею, мыслей живых нам от нее не дождаться.

Балбес – Буду с вами честен и прошу правильно понять. Я бы выразился точнее, если бы взялся утверждать, что допускаю лишь возможность создать механизм каждой природной сущности. Но не берусь утверждать, что сам могу, что называется, не сходя с места, решить любую такую задачу. И это - не попытка уйти от прямого ответа на прямой вопрос. Просто я стараюсь трезво оценивать свои силы и возможности. Меньше всего, я хотел бы отвратить от подобных попыток других людей явлением амбициозного проекта сомнительной состоятельности. И, все же, я думал над поставленным вопросом. И готов изложить итоги моих размышлений.

Бывалый – Прежде чем ты приступишь, я хотел бы уточнить твою задачу в постановочной части. Хорошо бы начать с рассмотрения существования ее решения в части необходимых и достаточных условий. Кроме того, я хотел бы знать заранее, как ты собираешься убедить меня в резонности твоего механизма. Потому как, полагаю, пообщаться с ним лично мне не будет предоставлена возможность.

Трус – Я знаю, что он сейчас скажет: раз разум человека существует, и это непреложный факт, то и его задача тоже имеет решение. А потом, как по Мольеру твоему, будет предлагать придвигать язык к нёбу и щеки надувать. При этом ты сам и будешь его машиной мыслительной.

Бывалый – Именно эту мысль я и хочу подчеркнуть. Все начинается с искусства задавать вопросы. На глупый вопрос и ответ получишь бестолковый. Поэтому крепко подумать необходимо вначале, прежде чем вопрос ставить. Потому любопытство есть, а есть любознательность. Некоторым просто интересно, а как человек отреагирует на некую вводную, как выкручиваться будет. И это суть любопытство, доведенное некоторыми до искусства пыток. Потому как, пытая - человек истинные свои намерения скрывает, не ожидая искреннего ответа на прямо поставленный вопрос. Да, и правда: Почему плавает утка? Ответ: - По воде.

Балбес – Не хочу вас шокировать прямотой своего заявления, но, по моему убеждению, Разума в Природе нет. Эта мысль уже звучала в наших обсуждениях по другому поводу. И здесь, как основное препятствие, я предвижу необходимость столкнуться с проблемой проникновения в суть акта творения. Потому как: разум возникает всякий раз во всяком человеке сызнова: неоткуда и из ничего, и не в подражание прочим образцам. Мы начинаем себя осознавать уже после того, когда самосознание пришло к нам. И, я лично, ничего не могу вспомнить из того, как возникал мой внутренний мир, и как ко мне пришло его осознание. В этом мне не помогают ни наблюдения над внешним проявлением других людей, ни препарирование их внутренних тканей, ни запись показаний датчиков сигналов разнообразной физической природы, от них исходящих.

Бывалый – Мой опыт убеждает меня в том, что попытки продвинуться в познании, вопрошая себя:- «Как устроено то или иное явление природы?» не являются плодотворными. Тем более, что я знаю на него ответ – Ни что в природе не «устроено». Во-первых, потому что некому было устраивать, то есть проводить в жизнь задуманное прежде. И нужды в том нет никакой. Во-вторых, я очень сильно подозреваю, что каждая природная сущность есть вещь отдельная, не состоящая из каких бы то ни было «частей». Видеть явления не простыми, но сложными, то есть сложенными из частей, вынуждает меня мой Разум. На первом этапе я могу извлечь известную пользу для себя из такого самообмана. Но чем дальше я продвигаюсь в узнавании того или иного предмета, тем больше это мне вредит. Так, встретившись впервые с неким индивидом, я, инстинктивно, стараюсь отнести его к тому или иному типажу. И это помогает мне, сперва. Но стоит мне в процессе продолжения контактов потребовать от него строго следовать типовому поведению – немедленно происходит разрыв отношений.

Балбес – Очень хорошо, что вы озвучили эту мысль. Я, как следовало из предыдущих разговоров, задаю себе другой вопрос :- «Как устроить Мир, и то, или иное явление в нем». Можно ли создать заведомо «сложное», настолько похожим на «простое», чтобы невозможно было их различить. И где граница, за которой такое сопоставление окажется вредным. Эту свою задачу я нахожу подобной подбору актера на роль известной личности. Мне нужно не только внешнее его сходство с оригиналом. Я оставляю за собой еще и режиссерскую работу: осмыслить мотивы поступков оригинальной личности, выстроить их в непротиворечивую логическую последовательность сообразно со здравым смыслом. В этом, конечно, есть эскалация иллюзии соответствия. В силу прозрачности поведения, искусственный образ может быть навязан зрителю и необоснованно упрощен. Однако, в отличие от исторического персонажа, который уже канул в лето, явления Природы и Разум не умирают. И мы всегда в состоянии предложить нашему «персонажу» сыграть нечто помимо сценария, по которому он был создан. После такого испытания, не исключено, что придется уволить актера, который был так органичен в рамках известного сценария. Но в том нет большой беды, полагаю. Ведь мы и не предполагали, что может быть достигнуто абсолютно полное совпадение вымысла с действительностью.

Трус – Как посмотрю на тебя – вижу, людей ты совсем не знаешь. Никто в твой театр ходить не станет, если актеров ты часто менять будешь. Нашел артиста достойного – так держись за него, звезду из него сделай. Людям нужны кумиры. Он тогда для тебя и эту роль сыграет, и другую и третью. А ты только сиди – да греби деньги лопатой. Капризничать станешь – он к другому режиссеру уйдет, и там блистать станет. Потому как, может, талант у него от Бога, и по более, чем твое режиссерское умение будет.

Бывалый – Спорить нечего – так в жизни все и случается. Нашел человек для себя одну-другую стоящую мысль, и ну давай задачка всякие как орешки щелкать. И за каждое решение ему почет и уважение. На то и растрачивает себя. А того понять не может, что решил он уже все эти задачки, когда идея его посетила.

Балбес – То беда одного человека. Но из этого же корня растет беда для многих. Мир наш внутренний не само достаточен. Потому, приступая к изучению природы какие-то вещи приходится принимать без объяснений. Прямую линию, например, или равномерное движение, запреты Паули и еще что-нибудь такого же рода. Из гипотез этих результат получить можно, полезный для практики. И как только это случается, сразу же находятся доброхоты стоить храм над этими допущениями, религию налаживать и церковь учреждать. И не важно: церковь это вероучения пророка какого, храм науки или монастырь Фемиды. Нам-то нужно было лишь за результат практический заглянуть, знание новое обрести и затем новые гипотезы строить. Ведь не сравнится никогда неживое с живым, а только приближаться к нему может. А это уже святотатство получается. И горят тогда книги отступников в кострах огненных. Да и они сами гонению подвергаются. Так было прежде, так и теперь ведется.

Трус – Слушаю я вас и вижу, как лихо вы договариваетесь о том, как собираетесь меня дурачить. К чему все эти долгие разговоры и изощренные приемы. Есть у тебя что показать – так показывай. А нет – так и скажи.

Бывалый – Ты не понукай людей-то. Поди не запряг еще. Вопрос свой ты задал. И услышан он был. А сам-то ты понял, что спросил? Что конкретно в ответ получить хочешь? Причины мне твоего нетерпения понятны отчасти. Крови жаждешь, разоблачения скорого. А вот чужие резоны, я вижу, тебе без надобности. И то правда, подойди к любому человеку, кто кольцо золотое купил или украл, да попроси его показать. Так он запросто кольцо то из кармана достанет и тебе покажет. А спроси ты о том же самом мастера, что кольцо то сделал. Так он захочет, чтобы искусство ты его увидел, изюминку авторскую оценил. Потому как не все задуманное воплотить ему удалось. И это кольцо – часть души его, а не повинность внешняя.

Трус – Согласен, мне трудно сдерживаться. Вначале я задал загадку, ответ на которую знает каждый образованный человек. И вы вляпались, обнаружив свое невежество, питающее непомерное самомнение. Ваше параноидальное отношение к власти меня потешает, но она думает и заботится обо всех нас. Просвещу вас: ей известно, что интеллектуальные силы людей не безграничны, и распылять их не целесообразно. Поэтому открытия, которые осталось сделать человечеству, для полного раскрытия всех тайн Бытия распланированы по времени. Турбулентность, например, будет раскрыта в 20 году, гравитация – в 30 году. А законы сознания будут открыты в 50 году. Поэтому болтать об этом сейчас – нелепо. Все сущее – материя, состоит из вещества, антивещества и темного вещества. В этом проявляется принцип триединства сущего, известный в Христианстве уже две тысячи лет. Вещество, поэтому же принципу, состоит из молекул трех видов – ионов, анионов и нейтральных. По этой же причине молекулы состоят из адронов трех типов – протона, нейтрона и электрона. Адроны, опять же, состоят из кварков трех типов – верхнего, нижнего и странного. Кварки окрашены в три цвета, что указывает на присутствие трех типов полей, их образующих. Каждое явление природы сложено из определенного количества этих простейших элементов. Комбинаторика точно указывает: сколько различных вариантов реализуют то или иное явление. Отсюда мы выводим, совершенно определенно, время, необходимое для решения той или иной задачи. Нужно просто подождать – и все раскроется.

Бывалый – … а три карты с ряда – тройка семерка туз. Браво. Я уверен, что все так именно и случиться. Нужно лишь нейтрализовать потенциальных врагов-саботажников, которые могут, в какой-то момент, наткнуться на четвертый, или, не приведи господь, пятый элемент. Придется тогда время потратить на создание новых верований и внедрение их религиозных обрядов в массы. Заминка с графиком получиться может. Вот незадача.

Балбес – Я бы не стал все так драматизировать. Нахожу метод перебора исключительно полезным для целей решения самых разнообразных задач: от отыскания корней алгебраических уравнений до формы улитки напорного вентилятора. В последние годы, благодаря развитию техники, мы получили средства расширить число задач, решаемых этим методом. Это и подбор катализатора химических реакций, и поиск ценных свойств бактериальных штаммов и анализ наблюдений за редкими явлениями в микромире и космосе. Но, я хочу подчеркнуть, что это - метод для решения задач. Но не проблемы. Из мира задач, ее обитателю, попавшему туда тщаниями системы образования, проблема видится, порой, как просто сложная задача. Но это не так. Проблема, в принципе, не представима в категории задач. Когда мы все же ставим проблеме в соответствие некоторую совокупность задач, то понимаем, что это соответствие условно, неоднозначно и сомнительно. Проблема касается осмысления изначально простого явления. Представить его как сложное – это и есть конструирование механизма. Целесообразность такого действия обусловлена исключительной ориентацией на нужды человеческого разума. Только он в состоянии оценить качество достигнутого результата. Собака кино не смотрит.